Жизнь и смерть курицы. Аллегория на нашу жизнь

Я оглядываюсь на свою жизнь и понимаю, что надо было слушать маму и стать чудесной халяльной грудкой. Это была бы более благородная смерть.

Сытая курица и волка залягает. (Юрий Герман. Россия молодая)

Но, только проклюнув свою скорлупу, я начала слишком много размышлять о том, что такое смерть, и слишком мало о том, что такое жизнь.

«Хватит уже думать о всякой ерунде», – говаривала моя матушка, пока я убеждала ее переехать в ближайший заповедник.

«Можно, мы хотя бы будем органическими курицами?» – умоляла я ее. Но мама только встряхивала перьями и убегала прочь.

Когда маму забрали, она успела только повернуть ко мне свой клюв и сказать: «Все мы однажды умрем. Сделай мне одолжение, перестань быть такой трусихой».

Курица пестра сверху, человек изнутри. (Русский фольклор)

Когда настал день смерти, я не была готова на такое одолжение.

Нервного вида мужчина купил меня за 700 рублей. Продавец выглядел не менее нервно, передавая меня через прилавок. За стенами куриного магазина меня пробила дрожь – ледяной ветер раздувал перья, пронизывая до костей. Я запаниковала, потому что лапками не чувствовала земли, и извивалась, пытаясь нащупать устойчивую поверхность, пока мужчина прижимал меня к груди. Но мужчина держал меня крепко и унес в подземный тоннель. Все тяжелее и тяжелее было дышать: его руки стискивали мое горло. Земля задрожала, от внезапного порыва ветра в глазах защипало. Огромное нечто, похожее на связку серебряных сосисок, пронеслось мимо и остановилось прямо перед нами. Я была в ужасе. Это был самый настоящий оживший кошмар неблагодарной курицы, осмелившейся пожелать исключительной смерти. Именно об этом мать пыталась меня предупредить.

Я попыталась сбежать. Я царапалась и кричала, и на мгновение мне удалось вырваться из цепкой хватки нервного мужчины. Я в истерике оглядывалась по сторонам, но, куда я ни смотрела, везде взгляд натыкался на зловещее человеческое препятствие. Я была вне себя от страха и паники, а потому сделала то, что, как мне казалось, сделала бы любая приличная курица на моем месте – я упала без сознания.

В себя я пришла уже на полу переполненного бара, окруженная псами. Люди вокруг орали, и я тут же обделалась. Человеческие крики не стихали, псы хищно фыркали и рычали. Мужчина заказал напиток, не обращая на меня внимания. Люди вокруг, казалось, были взбудоражены, словно он сделал нечто знаменательное. На секунду и я почувствовала себя важной, пока нервный не подхватил меня и не посадил в пустой мусорный бак на обочине дороги.

Мои лапы покрывал снег. Я растеряла последние надежды. Но, только я смирилась со смертью от нехватки воздуха, в полном одиночестве и мусорном баке, наполненном снегом до краев, появилась женщина.

Курицу хорошо есть вдвоем: я и курица. (Еврейская мудрость)

Сначала мне было не по себе, пока она несла меня вниз по ступенькам. Я боялась, что снова окажусь в этом ужасном серебряном хот-доге. Но женщина всего лишь отнесла меня в подвал, и вид картонных коробок, набитых обрывками вчерашних газет, меня успокоил. Мне дали дом, и это определенно был не человеческий желудок. Теперь я смогу состариться и, может, даже научусь читать. Так я, по крайней мере, думала.

Еще несколько часов я была счастлива. Но потом оказалось, что мама была права. Если тратить жизнь на отрицание плотоядной экономики, то она закончится в руках новичка-таксидермиста. Я не уверена, умерла ли я уже на тот момент, когда она всадила нож мне в грудь, или тогда, когда она начала отделять мою плоть от костей. Но я помню, как глядела на себя откуда-то со стороны, сознавая в полной мере участь, настигшую меня – участь чьего-то неумело разделанного трофея. Теперь я, набитое и вздернутое на гвозде чучело, понимаю. Надежда – не для куриц.

Надежда – не для нас? Пишите в комменты!